На фоне призывов к перемирию и дипломатических манёвров на Ближнем Востоке в геополитических разломах региона формируется новая точка разлома.
Отставной турецкий контр-адмирал проф. д-р Джихат Яйджи (автор концепции «Голубая родина», проводит подробный анализ ситуации и фокусируется на растущих провокациях Объединённых Арабских Эмиратов (ОАЭ) в отношении Ирана в рамках «израильско»-американской оси.
Эти события, по его мнению, указывают не на классический межгосударственный конфликт, а на более изощрённую версию прокси-войн.
Новые альянсы в тени т.н. «Авраамовых соглашений»
Основной момент, который подчёркивает Яйджи, — это то, что пресловутый «процесс нормализации», начатый т.н. «Авраамовыми соглашениями», теперь перешёл в военно-оперативную плоскость.
Передача «Израилем» ОАЭ систем ПВО типа «Железный купол» и визиты Нетаньяху в регион объясняют, почему ОАЭ с относительно небольшим населением (около 800 тысяч коренных жителей) вдруг начали проводить настолько амбициозные действия.
Способность ОАЭ наносить удары по иранским целям с помощью китайских ударных БПЛА — это не просто техническая деталь, а определенный геополитический сдвиг парадигмы. ОАЭ пытаются стать новым игроком после того, как США в конце февраля приостановили свои атаки на 60-дневный срок.
Яйджи, указывая на баланс сил между Ираком, Саудовской Аравией, Кувейтом, Оманом и Ираном, отмечает, что ОАЭ фактически превратились в «военный инструмент Израиля».
Внутреннее законодательство США и 60-дневный срок
Одним из важных элементов анализа является влияние внутренних политических и правовых механизмов США на регион. Этот 60-дневный срок, определённый в рамках президентских полномочий, ограничивая прямое военное участие Вашингтона, одновременно предоставляет пространство для манёвра союзникам — прежде всего «Израилю» и монархиям Персидского залива.
Этот механизм можно рассматривать как тактику выдвижения вперёд прокси-акторов под прикрытием «стратегического терпения».
То, что Саудовская Аравия держится в стороне от конфликта и перенаправляет свою нефть по маршруту Красного моря, — не случайность. Эр-Рияд минимизирует риски, ставя во главу угла энергетическую безопасность, в то время как ОАЭ придерживаются более агрессивного профиля.
Это разделение — новое проявление традиционного соперничества внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.
Ормузский пролив и Баб-эль-Мандеб: глобальные логистические точки разлома
Яйджи подчёркивает критическую важность Ормузского пролива и Баб-эль-Мандеба для мировой торговли. Возможная блокада или удары по Ирану напрямую спровоцируют рост цен на энергоносители и нарушат судоходство на линии Красное море — Оманский залив.
Такой сценарий стратегически усиливает позиции китайской инициативы «Один пояс — один путь», альтернативных маршрутов России и турецкой концепции Среднего коридора.
С точки зрения Турции Зангезурский коридор и Средний коридор в случае кризиса в Персидском заливе могут стать логистическим «безопасным портом». Яйджи отмечает, что Турция благодаря своей логистической инфраструктуре (трубопроводы, автомагистрали, железные дороги) и географическому положению может экономически выиграть от такой конъюнктуры, однако это также принесёт дополнительные риски безопасности.
Стратегическая позиция Турции
Динамика напряженности на Ближнем Востоке косвенно влияет на турецкую доктрину «Голубой родины» и региональное восприятие безопасности. В случае эскалации между Ираном и ОАЭ / «Израилем» Анкаре придётся ещё более осторожно балансировать между членством в НАТО и независимой оборонной политикой.
Как отмечает Яйджи, в военное время некоторые игроки экономически усиливаются. Потенциал Турции использовать эту ситуацию для превращения в логистический и энергетический хаб — весьма высок.
Однако риски нельзя игнорировать. Возможные ответные действия Ирана могут косвенно затронуть Турцию: потоки беженцев, колебания цен на энергоносители, активизация террористических организаций и другие факторы.
Вывод: Новый этап прокси-войн
Анализ адмирала Джихата Яйджи даёт чёткий ответ на вопрос «Успокаиваются ли воды на Ближнем Востоке?»: нет, не успокаиваются — просто меняются фронты и действующие лица.
Этот новый стиль войны, эволюционировавший от классических танково-артиллерийских сражений к БПЛА, прокси-акторам и экономическому давлению, является частью стратегии крупных держав (США, Китай, Россия) с меньшим прямым риском.
Для стран с ключевым географическим положением, таких как Турция, этот период несёт как возможности, так и угрозы. Дипломатическое мастерство, наращивание оборонного потенциала и укрепление экономической устойчивости станут определяющими факторами в ближайшее время.
Как подчёркивает адмирал, карты не меняются, но баланс сил на них переписывается с огромной скоростью. В этот период проактивная и многоплановая стратегия имеет жизненно важное значение для региональной стабильности.
Кавказ-Центр
